Почему мы так хорошо понимаем прошлое, но не всегда замечаем то, что происходит прямо сейчас? 


Есть такая японская поговорка: «Когда корабль уже затонул, каждый знает, как его можно было спасти». Удивительно точное наблюдение. Причем не только о неудачах.

После провала мы легко находим причины. Здесь недооценили риск, там слишком долго надеялись на прежний опыт, а вот этот сигнал вообще оставили без внимания. Теперь-то понятно, что следовало сделать. С удачными открытиями происходит нечто похожее. Кто-то находит неожиданно простое решение, и первая реакция: «Да это же очевидно! Как мы раньше не догадались?»

Действительно, почему? Ведь нередко вся необходимая информация уже была доступна. Люди обладали опытом, знали свой бизнес, обсуждали проблемы, анализировали цифры. Ничего принципиально нового не появилось.

Изменился взгляд на происходящее. И вот это, пожалуй, самое интересное. Почему одни и те же обстоятельства могут годами складываться в одну картину, а затем вдруг обнаруживать совершенно другой смысл? И какие возможности бизнеса остаются за пределами привычного взгляда?


Когда прошлое кажется предсказуемым


Психологи давно изучают любопытный эффект – hindsight bias или ретроспективное искажение.

Еще в 1975 году ученый и исследователь Барух Фишхофф (один из основоположников науки принятия решений, специалист в области управления рисками) показал: когда человек узнает результат события, ему начинает казаться, что такой исход можно было предвидеть с большей уверенностью, чем это было возможно заранее. Знание результата меняет наше представление о прошлом.
 
В бизнесе это особенно заметно. Когда рынок начинает сокращаться, нетрудно восстановить цепочку обстоятельств, которые к этому привели. Когда новый продукт неожиданно становится популярным – быстро находятся объяснения его успеха. Когда конкурент совершает удачный стратегический ход, то этот ход нередко кажется почти закономерным.

Но у людей, принимавших решения раньше, не было главного преимущества наблюдателя – знания о том, чем все закончится. Они видели несколько возможных сценариев. Одни сигналы противоречили другим. Некоторые тенденции только зарождались, а другие, казавшиеся перспективными, впоследствии исчезли.

Поэтому полезно различать две вещи: действительно упущенные признаки и события, которые стали выглядеть предсказуемыми лишь задним числом. Иначе можно извлечь из прошлого неправильные уроки.

Впрочем, есть еще одна интересная сторона этой истории. Иногда признаки и возможности действительно были перед глазами. Но почему-то не привлекали внимания. Почему?
 

Опыт помогает. И при этом направляет наш взгляд


У профессионального опыта есть огромное преимущество: он позволяет быстро узнавать знакомые ситуации. Опытному руководителю не требуется каждый раз заново исследовать все обстоятельства. Он уже знает, какие показатели важны, где обычно возникают риски, какие решения чаще всего работают. Без этого бизнес просто утонул бы в бесконечном анализе.

Но постепенно опыт формирует не только знания, но и определенный способ смотреть на происходящее. Мы привыкаем видеть рынок через знакомые категории, конкурентов – через сложившуюся расстановку сил, продукт – через его существующее назначение, а клиентов – через привычные ситуации покупки. И пока эта картина хорошо объясняет происходящее, особых причин менять ее нет.

В организационной теории существует понятие success trap – ловушка успеха. Исследователи обратили внимание на то, что успешные способы работы получают все больше ресурсов и совершенствуются, тогда как поиск альтернатив может постепенно отходить на второй план.

В этом есть вполне рациональная логика. Зачем отказываться от того, что приносит результат? Да и отказываться совершенно не обязательно. Но иногда меняются сами условия, в которых этот результат был достигнут. 

 

Например, компания много лет развивает продуктовую линейку. Она прекрасно знает особенности производства, потребительские предпочтения, требования торговых сетей. Каждое обновление становится точнее, экономичнее, технологичнее. А тем временем меняется ситуация потребления. Покупатель начинает использовать продукт иначе. Для него становятся важными другие свойства, объем, удобство, способ приобретения. Возможно, возникает совершенно новая потребность. Компания может продолжать успешно совершенствовать продукт – и при этом не сразу заметить, что появились другие направления развития. Не потому, что плохо знает рынок.. 

! Иногда именно глубокое знание существующего рынка делает привычную картину особенно убедительной.


А что, если причина вообще находится в другом месте?


Есть еще одна особенность нашего мышления. Мы склонны искать объяснение проблемы там, где видим ее проявление. Снижаются продажи – начинаем разбираться с продажами. Возникают задержки заказов – исследуем производство или логистику. Растет количество претензий – обращаем внимание на клиентский сервис. Нормальная отправная точка. 
 
Но бизнес – система, в которой результат одного участка зависит от множества решений, принятых в других местах. (Вокруг этой темы у меня есть полезная статья Как клиентская обратная связь приводит бизнес к ошибочным решениям и как найти верный источник проблем).
 
Итак, допустим, компания сталкивается с повторяющимися задержками исполнения заказов. Можно изучить загрузку производства, производительность сотрудников, организацию смен. А можно обнаружить, что существенная часть задержек возникает еще до поступления заказа в производство: при согласовании сроков, уточнении требований или изменении приоритетов. Тогда привычная картина проблемы меняется. Производство остается местом, где задержка становится заметной. Но ее источник может находиться совсем в другом процессе. И что особенно интересно, каждое подразделение при этом способно вполне профессионально выполнять собственную работу. Противоречие возникает между ними.

Именно поэтому некоторые проблемы трудно решить локальными улучшениями. Мы совершенствуем отдельный элемент, а результат зависит от того, как устроены связи.

В системном мышлении подобные ситуации хорошо известны. Однако в реальном бизнесе обнаружить их не всегда просто: мы видим показатели, сотрудников, подразделения, конкретные действия. А взаимозависимости гораздо менее заметны.

По опыту работы с бизнесом скажу – порой небольшое изменение в одном месте способно дать результат, которого не удавалось добиться значительными усилиями в другом. Но сначала эту связь нужно найти.


Почему несколько умных людей не всегда видят больше, чем один?


Казалось бы, здесь должна помогать командная работа. Один руководитель знает рынок, другой – производство, третий – финансы. Вместе они располагают гораздо более полной картиной бизнеса.

Однако психологи Гарольд Стассер и Уильям Титус обнаружили интересную закономерность. В экспериментах по групповому принятию решений участники чаще обсуждали информацию, которой обладали несколько человек, чем сведения, известные только одному из них. Этот феномен получил название hidden profile – скрытый информационный профиль.

Представьте: у каждого участника обсуждения есть небольшая часть информации, которая могла бы изменить общее решение. Но в разговоре преимущественно звучит то, что уже известно всем. В результате группа располагает необходимыми знаниями, но не обязательно использует их в полной мере.

Пример из бизнеса. Менеджер по продажам замечает необычные запросы клиентов. Технолог знает о дополнительных возможностях оборудования. Маркетолог видит изменения в поведении покупателей. Финансовый директор понимает, при каких условиях новое направление могло бы стать прибыльным. По отдельности эти наблюдения могут казаться не слишком значительными. Но стоит соединить их – и появляется идея, которую никто прежде не рассматривал.

Конечно, далеко не каждое сочетание фактов приводит к открытию. Большинство гипотез после проверки могут оказаться неинтересными. И все-таки сам механизм удивителен. 

Итак, иногда (я бы даже сказала – часто) компания уже обладает необходимыми знаниями. Не хватает только связи между ними. Во многом этим мы и занимаемся на стратегических сессиях.
 
 

Знакомые вещи, незнакомые возможности


В 1945 году была опубликована работа психолога Карла Дункера, посвященная решению задач. Один из описанных им эффектов – функциональная фиксированность (я называю его – якорь предыдущих назначений). Он про то, что привычное назначение предмета способно затруднять поиск другого способа его использования.

Это несложно представить. Если мы привыкли воспринимать предмет исключительно как инструмент для определенного действия, нам труднее увидеть в нем что-то еще. 

С бизнесом, разумеется, все сложнее. Но аналогия любопытная. Что такое производственное оборудование? Средство выпускать определенную продукцию. Что такое клиентская база? Люди и компании, которым мы продаем. Что такое накопленная экспертиза? Знания, необходимые для выполнения текущей работы.

Обычно именно так мы и рассматриваем эти ресурсы. А если попробовать иначе? Производственная технология потенциально может использоваться для других продуктов или задач. Знание клиентов – подсказать новые направления предложения. Компетенции, накопленные внутри компании, – оказаться востребованными за пределами привычного рынка. Разумеется, наличие ресурса еще не означает наличие коммерческой возможности. Потребуются проверка спроса, расчеты, анализ конкуренции. 

Но прежде возникает вопрос, который редко появляется в рамках привычной деятельности: а что еще мы способны делать благодаря тому, что уже умеем?

И здесь интересно вспомнить концепцию dominant logic – доминирующей логики бизнеса, предложенную К. К. Прахаладом и Ричардом Беттисом. Речь о сложившихся представлениях, через которые руководители интерпретируют информацию и принимают решения. Такая логика помогает компании действовать согласованно и эффективно. Но она же может ограничивать круг возможностей, которые вообще попадают в поле рассмотрения.

Получается, что иногда для обнаружения нового потенциала необходимо не столько получить дополнительную информацию, сколько изменить способ ее интерпретации. И это, пожалуй, одна из самых увлекательных задач стратегической работы. На частый вопрос «Ольга, как вы это увидели?» – я так и отвечаю: «Просто у меня не было привязки». И страха об этом сказать.
 

Может быть, дело в вопросе?


Есть одна особенность хороших исследований, которую я особенно ценю. Иногда самое важное происходит еще до поиска ответа – в тот момент, когда удается иначе сформулировать вопрос.

Компания пытается понять, как увеличить продажи существующего продукта. Но исследование обнаруживает, что гораздо интереснее разобраться, в каких ситуациях люди вообще испытывают потребность, которую этот продукт удовлетворяет. Или руководители обсуждают, как повысить эффективность подразделения, а затем возникает другой вопрос: почему определенная работа вообще организована именно таким образом?

Вопрос меняется. И вместе с ним меняется пространство возможных решений.

Причем новое объяснение не обязательно отменяет прежнее. Оно может дополнять его, обнаруживать недостающую связь или показывать, что за одной проблемой скрывается несколько разных причин. Наверное, поэтому независимый взгляд бывает так полезен.

Люди внутри компании обладают знаниями, которых нет у внешнего специалиста. Они понимают историю решений, ограничения, особенности клиентов и множество нюансов, не отраженных ни в одном отчете. А внешний исследователь способен заметить непривычное сочетание обстоятельств именно потому, что не участвовал в формировании существующей картины.

Вместе эти позиции дают гораздо больше, чем каждая по отдельности. Конечно, при условии, что исследование не превращается в поиск подтверждений заранее выбранной версии.
 

И все-таки – можно ли увидеть раньше?


Вернемся к затонувшему кораблю. Поговорка хорошо передает нашу способность находить объяснения задним числом. Но у нее есть и другая сторона – не все можно предвидеть. Некоторые события действительно непредсказуемы, а часть возможностей становится доступной только после изменения обстоятельств.

Поэтому обещание научиться замечать абсолютно все было бы несерьезным.

Но можно исследовать то, что обычно остается за пределами внимания. Проверять привычные объяснения. Сопоставлять знания людей, которые смотрят на бизнес с разных сторон.  Искать причины не только в отдельных действиях, но и в связях между ними. 
И обнаруживать удивительные вещи:

  • что проблема, которую долго пытались решить, имеет совсем другой источник
  • что ресурс, считавшийся второстепенным, способен создавать новую ценность
  • что несколько разрозненных наблюдений складываются в перспективную возможность
  • или что привычный способ работы действительно остается лучшим – теперь уже не по инерции, а после содержательной проверки альтернатив.


Я не просто убеждена, я проверяла множество раз – у любого состоявшегося бизнеса существует не только история достигнутых результатов, но и множество еще не исследованных возможностей. В продуктах, компетенциях, отношениях с клиентами, процессах, знаниях сотрудников. Часть из них, возможно, так и останется гипотезами. Другие могут оказаться началом нового этапа развития. Или основой конкурентной стратегии.

 

И между «мы все это знаем» и «мы понимаем, что с этим можно сделать» порой лежит целое исследование. Именно поэтому мне кажется важным время от времени смотреть на собственный бизнес за пределами привычных объяснений и уже принятых решений. 

Ведь самый интересный вопрос не в том, сколько возможностей мы когда-то упустили. А в том, сколько еще можем обнаружить.